Приходы двойного назначения

Зарубежные структуры РПЦ выполняют далеко не только религиозные функции.

Необычный шпионский скандал разгорелся в середине октября в Норвегии. Впрочем, необычным он выглядит с точки зрения классических представлений о церковно-государственных отношениях и о роли религиозных организаций в деятельности разведки. С точки же зрения российских (и советских) представлений о «патриотическом служении церкви», все вполне органично. Опираясь на сеть своих приходов (всего в стране их шесть), РПЦ начала скупать недвижимость по соседству с военными объектами НАТО на территории Норвегии. Одновременно в стране было задержано несколько россиян с профессиональным фотооборудованием и дронами, снимавших эти самые объекты. Причем одним из задержанных оказался сын бывшего главы РЖД и друга Путина Владимира Якунина Андрей Якунин.

Ключевым пунктом подозрительной деятельности РПЦ в Норвегии является Богоявленский приход в Бергене, рядом с которым — в местечке Хоконсверн — расположена военно-морская база, на которой базируются подводные лодки. Несколько лет назад приход приобрел молитвенный дом по соседству с базой. Богослужения там совершаются всего раз в год. Норвежские журналисты, побывавшие в «молитвенном доме», отмечают, что доступным для посещения является лишь второй этаж здания, а «на первом этаже все окна закрыты плотными шторами». Другой «церковный» объект находится в Ставангере, в непосредственной близости от Объединенного военного центра (командного пункта) НАТО. Наконец, третий подозрительный объект РПЦ расположен в Киркенесе, рядом с норвежско-российской границей.

Настоятель прихода РПЦ в Бергене священник Димитрий Останин в беседах с журналистами создает впечатление человека, не посвященного в какие-либо тайны. Напротив, он дистанцируется от позиции Московской патриархии: «Я проклинаю [то, что] Россия развязала против моего отечества [Украины]. Мои свекровь и свекор — беженцы здесь, в Норвегии… Мои родственники и родственники моей жены до сих пор в огне, под бомбежками». По его словам, бергенский приход поддерживает кризисный центр в Днепре, который разыскивает детей под завалами разрушенных от ракетных ударов домов и перевозит их в безопасные места. «То, что патриарх Кирилл поддерживает этот ужас, к счастью, не распространяется на всех, кто исповедует православие», — утверждает священник.

По данным норвежских властей, в стране проживает около десяти тысяч россиян, многие из которых уже приняли норвежское подданство. Центром русской православной жизни в стране является приход святой равноапостольной княгини Ольги в Осло. По преданию, бабушка крестителя Руси святого Владимира была скандинавкой и происходила из норвежского княжеского рода. С приходом, которому государство предоставило молитвенное здание, ассоциирует себя более тысячи человек. Помимо Осло, Бергена и Киркинеса, приходы РПЦ расположены в Ставангере, Тронхейме и Тромсе, а также в поселке Баренцбург на Шпицбергене. Интересно, что в приграничных приходах служат «вахтовым методом» клирики Мурманской епархии РПЦ, которую возглавляет митрополит Митрофан (Баданин) — капитан второго ранга ВМФ, ныне окормляющий Северный флот РФ и отвечающий за развитие физкультуры и спорта в масштабах всего Московского патриархата.

Стаття по темі:  Блінкен після розмови з Лавровим поговорив з Кулебою

Административно приходы РПЦ в Норвегии подчиняются Отделу внешних церковных связей в Москве, а их правящим архиереем является председатель Отдела митрополит Антоний (Севрюк) — особо доверенное лицо патриарха Кирилла. До июля нынешнего года Антоний жил и служил в Париже, где возглавлял Западноевропейский экзархат РПЦ. После неожиданного перевода в Москву на должность, с которой сам Кирилл перешел на патриарший престол, Антоний проявил себя активным сторонником действий путинского режима, в частности присутствовал в Кремле на церемонии принятия в состав РФ «ДНР», «ЛНР» и двух областей Украины. Митрополит пока еще не подпал под западные санкции, но, очевидно, теперь это только вопрос времени. Непосредственным представителем архиерея в Норвегии является благочинный — игумен Климент (Хухтамяки), которому подчиняются два священника и некоторое количество клирошан. Приходы РПЦ в Норвегии имеют официальный сайт, последняя новость на котором датирована мартом. Ощущение, что после этого приходы впали в глубокую задумчивость…

Храм попал под мобилизацию

В комплекс зданий российского консульства в Турку (Финляндия) входит православный храм, который до весны этого года использовался по своему прямому назначению. Однако с началом «специальной военной операции» российские дипломаты переделали церковь в склад. Как писала местная пресса, здание храма находится в собственности города, а российские дипломаты лишь имели право бесплатного пользования им.

Во внутренней документации российского диппредставительства храм обозначен как «клубный дом консульства». Он обнесен оградой, и доступ к нему обеспечивает российская охрана. Церковная главка с крестом была по непонятным причинам демонтирована сотрудниками консульства в этом году. Как рассказал журналистам один из местных жителей, в течение июня — июля российские дипломаты загружали в здание храма какие-то предметы, которые привозились на грузовиках. Перед этим были также демонтированы иконы, украшавшие внешние стены храма.

Стаття по темі:  Ситуация в областях: россияне обстреливают восток и юг Украины

По законам Финляндии, любая перестройка этого здания запрещена, поскольку оно является памятником культуры.

Париж под контролем

Классикой жанра стал комплекс из четырех больших зданий в центре Парижа, на набережной Бранли, сооруженный уже в ХХ веке на участке, купленном РФ по баснословной цене («Новая» не раз писала о спорах вокруг этого строительства и о его «таинственной» составляющей. Центральным объектом комплекса стал Троицкий собор, который окружают загадочные офисные здания с маленькими окнами и епархиальный дом более традиционного вида. Комплекс (официально он называется «духовно-культурный центр») имеет дипломатический статус: для входа в храм нужно показать российским охранникам содержимое своих сумок и пройти сквозь рамку металлодетектора.

Строительство центра, несмотря на гигантское финансирование из России, растянулось почти на 10 лет из-за постоянных протестов местной общественности и недоверия французских властей, которые, с одной стороны, руководствовались соображениями выгоды, а с другой — опасались появления крупного шпионского гнезда в самом сердце Парижа. Как замечает журналист французского еженедельника Le Nouvel Observateur Винсан Жовер, строительство столь грандиозного объекта РПЦ в центре французской столицы стало частью «глобальной стратегии легитимации режима Путина [на Западе] с помощью церкви… Обосноваться на набережной Бранли — значит заявить о восстановлении российского влияния во Франции, да и вообще в Западной Европе».

Против строительства «центра» в 2007–2008 годах протестовало Центральное управление внутренней разведки Франции. Ведь «духовный центр» с трех сторон окружен дворцом Альма — одной из официальных резиденций президента Франции. Во дворце расположены Высший совет магистратуры и Президентская почтовая служба. В те годы, когда разрабатывался этот проект, миссия РПЦ на Западе формулировалась так: «Более активное использование возможностей церкви для обеспечения внешнеполитических интересов России и нейтрализации антироссийских очагов в среде русской эмиграции и вообще в православном мире». Уже после завершения строительства «центра» и его освящения патриархом Кириллом, в 2019 году, Московской патриархии удалось поглотить главный парижский очаг независимой от Москвы русской церковной жизни — Парижскую архиепископию, автономия которой восходит к 1920-м годам. Подчинившись Москве, теперь архиепископия вынуждена тратить все свои силы на то, чтобы отмежеваться от милитаристской позиции своего руководства и доказать, что «не все русское православие одинаково».

Стаття по темі:  Генштаб: на Харьковском направлении враг пытается вернуть утраченные позиции

Ряса разведчика

Эмигрировавший в США ветеран КГБ Константин Преображенский посвятил ряд своих исследований специфике использования зарубежных структур РПЦ в интересах разведки. По его данным, православные общины русских эмигрантов были на протяжении десятилетий опорными пунктами резидентур «под церковной крышей». Широко известна история о том, как митрополит Венский и Австрийский Ириней (Зуземиль) в 1969 году завербовал офицера американской военной разведки Георгия Трофимова, который до своей смерти в 2014 году отбывал пожизненное заключение в США. Духовная миссия РПЦ в Святой Земле после разрыва дипотношений между СССР и Израилем в 1960-е годы оставалась единственным советским учреждением в ключевой стране Ближнего Востока. Преображенский уверен, что офицеры разведки занимали все должности в этой миссии, работая под видом клириков и монашествующих. Об этом же свидетельствует бывший секретарь миссии, майор КГБ Дубов, бежавший на Запад в конце 80-х.

«Я помню свое удивление, — рассказывает Константин Преображенский о своем визите в штаб-квартиру Первого главного управления КГБ СССР в конце 1970-х, — когда я шел по длинным коридорам [здания управления в Ясенево], а вокруг носились сотни людей в деловых костюмах и галстуках… И вдруг офицер с густой рыжей бородой прошел мимо меня по коридору… «Не удивляйся, он отрастил бороду по приказу своего начальника! — смеясь, объяснил мне мой друг, который работал в отделе кадров. — Прямо сейчас он набирается опыта в иностранном отделе патриархата». Этот офицер вскоре стал начальником Русской духовной миссии в Иерусалиме в сане архимандрита, потом — епископом, заместителем председателя Отдела внешних церковных связей, а недавно умер в сане митрополита и был похоронен с официальными воинскими почестями.

Кадровый резерв РПЦ в рясах не исчез после падения советской системы. Рискну предположить, что его специфический потенциал стал еще более востребован в эпоху путинского «синтеза красного и белого» — опричных идеалов чекизма с адаптированной к ним версией «патриотического православия». А значит, в условиях геополитической конфронтации, перешедшей уже в острую военную фазу, лидерам свободного мира пора пересмотреть свое отношение к «центрам русского православия» на Западе как к чисто религиозным объектам. Для многих из них религиозная функция далеко не главная.

Алексей Малютин, «Новая газета. Европа»

Share

Рекомендуємо почитати: